navlasov (navlasov) wrote,
navlasov
navlasov

Category:

О российских германистах. Часть 1.

Итак, начнем с Галины Федоровны Вороненковой. Она - профессор факультета журналистики МГУ, доктор филологических наук, директор Свободного Российско-Германского института публицистики, человек известный и уважаемый. В свое время она много лет провела в ФРГ. Согласно официальному сайту МГУ, ее перу принадлежит 20 книг. Одну из них - "Путь длиною в пять столетий: от рукописного листка до информационного общества. Национальное своеобразие средств массовой информации Германии" - я в свое время начал читать. Эта фундаментальная монография была издана в 1999 году и переиздана в 2011 году.

На первый взгляд ничто не предвещало беды. я долго отказывался верить своим глазам, когда на страницах книги один за другим появлялись бесподобные перлы. С ужасом я выяснил, что представление Галины Федоровны о германской истории сделало бы честь академику Фоменко.

Итак, начнем. Все страницы приводятся по изданию 2011 года.

Бытует мнение, что периодическая печать берет начало в эпоху Священной Римской империи. Принято считать, что основу регулярному распространению политических сообщений положил приказ Юлия Цезаря об опубликовании протоколов сенатских заседаний, так называемых “acta senatus”. (С. 26)

Уже в этот момент меня посетило жуткое предположение, что автор не понимает различия между античной Римской империей и средневековой Священной Римской империей германской нации. В дальнейшем это предположение превратилось в уверенность.

“Письма-газеты” готовились в Риме и рассылались при помощи государственной почты и частных почтмейстеров в различные провинции Священной Римской империи. По сути, они представляли собой ежедневные бюллетени новостей, а при императоре Августе распространялись не только официальные сведения о заседаниях сената и народных собраниях, но и и новости императорского двора. (С. 28)

Фоменко с Носовским громко рукоплещут. Но оставим их и двинемся далее, тем более что впереди нас ждет настоящий бриллиант:

В XVIII в. некоторые издания создавались по императорскому указу, из чего следовало, что они служили абсолютистскому государству, управлялись и контролировались им. Так, в 1741 г. по распоряжению прусского императора Фридриха II в Бреслау была основана “Schlesische privilegirte Staats-, Kriegs und Friedenszeitung”(С. 44)

Чтобы написать "прусский император Фридрих II", недостаточно просто иметь поверхностные знания. Нужно вообще не представлять себе историю Германии XVIII века.

Но может, речь идет о банальной описке? Смотрим ниже:

Большую лепту в развитие немецкой прессы внес Фридрих II Великий, бывший на престоле с 1740 по 1786 г. За основу нового немецкого законодательства о прессе 1749 г. он взял французский регламент 1723 г. Император обращал больше внимания на цензуру книг, а цензорами газет по указу 1755 г. стала дирекция Департамента иностранных дел. (С. 62)

Проницательный ум Фридриха Великого оценил влияние прессы на развитие страны. Император дал понять министрам.... (С. 63)

Как считают немецкие историки, Фридрих был первым германским императором, создавшим настоящую пропагандистскую машину. (С. 63)

Нет, не описка. Галина Федоровна свято уверена, что Фридрих Великий был императором. Причем всей Германии. Что тогда объединял Бисмарк, не вполне ясно.

Движемся далее:

Следующий важный и трагический этап немецкой истории - Тридцатилетняя религиозная война. Эта война на долгие годы отбросила развитие Германии. В результате войны страна разделилась на две части - Германский Союз и Пруссию (С. 61)

Как говорится - узнайте, что Карл Маркс и Фридрих Энгельс - не муж и жена, а четыре разных человека.

Прусский король Фридрих-Вильгельм II (1786-1797) попытался снова “закрутить гайки”, и идеи Просвещения явно не пользовались его покровительством. Благодаря политике этого малообразованного императора, Пруссия становится опять наиболее консервативной из всех земель Германского союза по отношению к свободе прессы. (С. 64)

На месте Фридриха Вильгельма II я бы еще поспорил по поводу того, кто тут малообразованный.

Когда престол перешел к Фридриху-Вильгельму III (1797-1840), император заявил, что подавление свободы прессы приводит к плохим последствиям (С. 66)

С этого момента я начал с нетерпением ждать, как Вороненкова будет трактовать историю Германии XIX века. Оказалось, что она выходит из собственных хитросплетений легко и элегантно, на голубом глазу:

Вместо разбитой после Йены Священной Римской империи германской нации Венский конгресс 9 июня 1815 г. создал Германский союз из объединения 35 княжеств и четырех вольных городов. (С. 68)

Позвольте! - кричит читатель - Ладно Вы не знаете, что Империя была распущена не после, а за несколько месяцев до Йены! На фоне всего остального это мелочи. Но Вы же сами пишете, что Германский союз появился после Тридцатилетней религиозной войны!

Германия так и не смогла избавиться от цензуры вплоть до 1848 г., когда она была наконец отменена, и новая конституция страны провозгласила гарантии свободы слова и печати в стране. (С. 69)

Отвечает ему Галина Федоровна, по всей видимости, свято уверенная в том, что конституция 1849 года вступила в силу. Пусть читателя не удивляет словосочетание "новая конституция" - старой конституцией Вороненкова называет Союзный акт 1815 года.

Отдельно доставляют переводы названий газет. Выясняется, что Галина Федоровна не знает не только немецкой истории, но местами и немецкого языка!

“Zeitung Lust und Nutz” (“Цайтунг луст унд нутц” - “Газета для радости и удовольствия”)
Nutz - в современном написании Nutzen - польза, но никак не удовольствие. Название скорее переводится как "Газета удовольствия и пользы"

“Hamburgerischer unparteiliche Korrespondent” - “Гамбургеришер унпартайлихе корреспондент” (“Гамбургский непартийный корреспондент”)
"Непартийный" - грубая калька, по смыслу правильнее "независимый"

“Belustigen des Verstandes und Vites” - “Белустиген дес ферштандес унд витес” (“Веселье духа и жизни”)
Verstand - разум, а никак не дух

Конечно, это все оплошности - несколькими строчками ниже, говоря о другой газете, автор дает совершенно правильный перевод слова "Verstand". Но такими оплошностями книга набита до отказа. В монографии, выпущенной МГУ, подобное недопустимо.

Дальше я книгу не читал. Возможно, когда Галина Федоровна пишет о ХХ веке, она допускает меньше ошибок; однако доверия к человеку, не удосужившемуся взять и прочитать хотя бы тоненькую книжку по истории изучаемой страны, у меня нет. Судя по всему, грубейшие ошибки, которые заметит любой грамотный человек, не бросились в глаза ни одному из четырех уважаемых рецензентов, равно как и научному редактору. Из первого издания книги они успешно перекочевали во второе. Все это дает весьма печальную картину.

Я прекрасно понимаю, что Вороненкова - специалист по германской прессе последних десятилетий. Но какой уровень невежества в отношении германской истории (и всеобщей истории в целом) должен быть достигнут для того, чтобы путать античную Римскую империю со средневековой Священной Римской империей германской нации и считать Фридриха Великого германским императором!

Впрочем, есть специалисты, которые хорошо знают факты, но воспринимают их через призму собственных представлений, не заботясь о том, совпадают ли оные представления с реальностью. Об этом я расскажу в следующей части.
Tags: историческая наука
Subscribe

  • Профессор и стрельба

    В соцсетях активно обсуждают пермского профессора, который продолжил читать лекцию под звуки выстрелов. И я вот задумался: а что бы сделал я на его…

  • Пятнадцать за пятнадцать, или лучше меньше, да лучше

    Из любопытства сел и посчитал - получилось, что на нынешнем месте работы за пятнадцать лет я преподавал в общей сложности пятнадцать разных предметов…

  • Когда количество переходит в халтуру?

    Мои размышления о двадцати парах в неделю получили неожиданное (а точнее, вполне ожидаемое) продолжение. На днях стало известно количество…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 27 comments

  • Профессор и стрельба

    В соцсетях активно обсуждают пермского профессора, который продолжил читать лекцию под звуки выстрелов. И я вот задумался: а что бы сделал я на его…

  • Пятнадцать за пятнадцать, или лучше меньше, да лучше

    Из любопытства сел и посчитал - получилось, что на нынешнем месте работы за пятнадцать лет я преподавал в общей сложности пятнадцать разных предметов…

  • Когда количество переходит в халтуру?

    Мои размышления о двадцати парах в неделю получили неожиданное (а точнее, вполне ожидаемое) продолжение. На днях стало известно количество…