navlasov (navlasov) wrote,
navlasov
navlasov

Category:

"Никогда не воюйте с Россией", или рассказ о том, чего не говорил Бисмарк. Часть 2.

Поскольку нас интересует не только точка зрения «железного канцлера» на перспективы войны с Россией, но и возможное происхождение апокрифов, имеет смысл обратиться с первую очередь к текстам, наиболее доступным отечественному читателю.

Начать стоит с мемуаров Бисмарка, переведенных и опубликованных на русском языке в 1940-41 гг. и с тех пор неоднократно переизданных. В них автор достаточно часто обращается к российско-германским отношениям. Так, описывая свое пребывание на дипломатическом посту в Петербурге, Бисмарк отмечал: «С Россией у нас никогда не будет необходимости воевать, если только либеральные глупости или династические промахи не извратят положения». Далее он посвятил отношениям с Россией целую главу, в которой, в частности, писал следующее: «Германская война предоставляет России так же мало непосредственных выгод, как русская война Германии». В последнем, третьем томе своего труда Бисмарк характеризовал возможную войну с Россией как «тяжелое и бесплодное бремя» для германского народа.

Вторым важным источником на русском языке являются две пространные публикации в газете «Новое время», написанные российскими журналистами по итогам своих встреч с Бисмарком в 1890 году, вскоре после отставки «железного канцлера». Первая статья под названием «Из Берлина. В замке у князя Бисмарка» принадлежит перу Евгения Львовича Кочетова (опубликована под псевдонимом «Евгений Львов»). Вторая, под названием «Два часа у князя Бисмарка», подписана инициалами «В.С.Р.» (точно установить личность автора не удалось). В обоих случаях российских собеседников интересовали, в первую очередь, взгляды Бисмарка на российско-германские отношения. Тексты этих статей (в переводе) были частично опубликованы в различных немецких изданиях сочинений, писем, речей и разговоров Бисмарка, однако, разумеется, в данном случае имеет смысл использовать оригинал.

«Я всегда и всегда искренне был против войны с Россией, - говорил Бисмарк Кочетову в апреле 1890 года. - Если кто думает, что воевать с Россией не страшно, то сильно ошибается; это в Занзибаре вести войну не опасно, а в России очень опасно, да и не к чему. Другое дело оборонительная война, если бы Россия ворвалась в Германию (…) но иначе воевать с Россией опаснее, чем с кем бы то ни было. И это помимо количества ваших войск и их боевой готовности. Нет, тут и кроме того – и зима и огромные пространства – это ужасное орудие, которое ничем не пополнишь и никак не отнимешь, и эти деревянные дома, которые ничего не стоит выстроить снова, а главное, самое сильное и непобедимое – это личное качество русского благородного народа, всегда преданного и довольного как тем, что он имеет, так и своим настоящим вообще, и сумма всего этого – всего этого чудовищного оружия – гарантирует вас вполне от всякой наступательной войны. Да наконец, что нам нужно у России или России у нас? Миллиардов ни мы от вас, ни вы от нас ни в коем случае не добудем (…) Приобретение чего бы то ни было за Мемелем есть уже преступление, и не против вас, конечно, а против самой Германии, ибо завладение Остзейским краем, как платоническое стремление с нашей стороны еще понятно, но ведь оно без Польши немыслимо, а тогда бы у нас было 9 миллионов поляков, а в общем в Германии около половины населения оказалось бы католическим, словом, Германия сама бы себе устроила погибель». В ответ на вопрос русского журналиста, исключает ли Бисмарк вероятность русско-германской войны, «железный канцлер» ответил: «Да, абсолютно исключаю всякую разумную возможность такого конфликта».

Те же мысли Бисмарк повторил в июле: «Я совершенно недоумеваю, когда выслушиваю мнение о возможности войны между Германией и Россией. Поставим вопрос на реальную почву. Какую компенсацию, какое вознаграждение могла бы получить страна, одержавшая верх? (…) Если бы верх одержала Германия, нам пришлось бы взять от вас поляков, а их у нас и без того много, более чем было бы желательно. (…) Нашим же войскам пришлось бы идти по опустошенной стране с плохими дорогами на необозримых пространствах. Я уже не говорю о том, что примеры Карла XII и Наполеона не способны поощрить к войне с Россией. Качества русского солдата, его личная доблесть, храбрость, выносливость ко всякого рода лишениям также хорошо известны. При таких ли элементах бросаются в войну люди, у которых бог еще не отнял разума?»

Из этих (и других) высказываний «железного канцлера» можно, конечно, вывести формулу «никогда не воюйте с Россией». Но ни о какой «непредсказуемой глупости» или «прививании ложных ценностей» речь не идет, а слово «непобедимый» Бисмарк употребил всего лишь один раз – характеризуя при этом не возможность военного успеха, а устойчивость определенных качеств русского народа. Более того, «железный канцлер» в обоих случаях предельно четко объяснил, почему Германии не следует воевать с Россией: в силу абсолютной бессмысленности такого вооруженного конфликта.

Однако и к мемуарам, и к интервью Бисмарка следует относиться весьма осторожно. Беседуя с российскими журналистами, вышедший в отставку государственный деятель порой делал заявления, столь далекие от реальности, что это было очевидно даже многим современникам. Рассказывая о Берлинском конгрессе, Бисмарк утверждал, что «прямо считал себя на службе России, исполнял все желания русских уполномоченных, отстаивал все их требования»; говоря о возможности превентивной войны против России, заявлял, что «об этом у нас никто и не думает». Почему «железный канцлер» стремился подчеркнуть свое расположение к России и создать образ преданного и верного друга, который и помыслить не может о конфликте с восточной соседкой?

Объяснение лежит на поверхности. Отправленный в отставку, Бисмарк не смирился со своим положением и не оставил надежд вернуться к власти. Для этого нужно было не только критиковать своего преемника, но и создавать себе имидж единственного государственного деятеля, способного обеспечить европейский мир. Тема российско-германских отношений подходила для этого больше всего. «Железный канцлер» знал, что практически сразу же после его отставки «провод в Петербург» был разорван – Каприви отказался от продления «договора перестраховки» 1887 года. Это позволило Бисмарку обвинить своих преемников в том, что они легкомысленно разрушили с таким трудом взлелеянные им хорошие отношения с Россией, поставив тем самым под угрозу безопасность Германской империи. Он умело играл на беспокойстве, которое вызвала в европейских столицах, в том числе в Петербурге, его отставка. Беседуя с Кочетовым, Бисмарк поведал ему трогательную историю о заверениях, которое он дал «Государю одного из первостепеннейших государств Европы» (имелся в виду Александр III, что, естественно, не было тайной для русского журналиста), будто бы спросившего его: «Князь, я вам верю, но вы сами уверены ли в прочности вашего положения?» Бисмарк, по его словам, заверил августейшего собеседника, что останется на своем посту до конца жизни – и теперь сильно переживал из-за того, что внушил монарху «ложную уверенность».

Здесь будет уместно привести некоторые заявления, сделанные Бисмарком в беседах с корреспондентами других зарубежных изданий. Так, в мае 1892 года, давая интервью представителю газеты «New York Herald», он прямо обвинил правительство Каприви в ухудшении российско-германских отношений. Месяц спустя, находясь в Вене, он в беседе с корреспондентом «Wiener Neue Freie Presse» подчеркнул, что после его отставки Германия «более не обладает влиянием на русскую политику», которое обеспечивалось тем доверием, которое оказывал ему российский император.

Таким образом, у нас нет никаких оснований считать, что в своих мемуарах и интервью, которые он давал после выхода в отставку, Бисмарк высказывал свои искренние взгляды на перспективы вооруженного конфликта с Россией. Скорее наоборот – эти тексты следует рассматривать как средство достижения определенных целей, требовавших всячески подчеркивать его расположение к России и неизменное миролюбие.

(Продолжение следует)
Tags: история
Subscribe

  • Алег и Влад

    Ко вчерашнему Дню знаний. На фото - чуть более чем полностью неудачная попытка с моей стороны продиктовать, а со стороны девочки-администратора…

  • Бары и конфедераты

    Алгоритм Фейсбука перевел "Песню участников Барской конфедерации" как "Песня конфедератских баров". Впрочем, "барские конфедераты" тоже было бы…

  • "Сломался компьютер": правила перевода

    Как переводится на русский язык фраза: "Я не смог сделать то, о чем Вы просили, потому что у меня возникли проблемы с компьютером"? Перевод - то есть…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

  • 6 comments